(28/30)
Дверь открылась.
Первой из комнаты вышла Юки. Следом, немного пошатываясь, показалась Мисиро, а за ней — Кейто. Вспомнив, что Котоха не может передвигаться самостоятельно, Юки вернулась за ней. Она подняла Котоху на спину — точно так же, как на третьем и втором этажах. Итого их было четверо.
Пятого игрока с ними не было.
Дверь в комнату Тие оставалась запертой. Сколько бы они ни толкали её и ни дёргали за ручку, та не поддавалась. Над и под дверью не было ни малейшей щели — заглянуть внутрь не представлялось возможным. Однако участникам и так было ясно, что ждало девушку внутри. Достаточно было вспомнить её последние крики.
Среди выживших первой заговорила Мисиро:
— Юки… Ты выжила… Как гора с плеч.
— Ага. И всё благодаря тебе, — Юки достала из рюкзака окровавленный нож, раньше принадлежавший Мисиро. — Я воспользовалась им. Остальное уже было несложно.
— …Мой нож… Ты его нашла?
— Не хотела, чтобы он пропал зря.
Взгляд Мисиро остановился на теле Юки. Из разорванного живота выбивался белый плюш, но больше ничего не было. В конце концов, Жеводанский зверь так и не смог нанести ей второй удар. Когда она тащила Котоху, ситуация была совсем другой, но стоило сбросить груз — и препятствие оказалось пустяком.
Мисиро сжала своё правое плечо. Юки без лишних вопросов понимала её переживания.
— Эм… — раздался голос из-за спины Юки. — Я понимаю, что это, наверное, неуместно… но… за кого вы проголосовали?
Первым порывом всех охватило молчание. Девушки обменялись взглядами.
— …Я проголосовала за Кейто, — первой нарушила тишину Котоха. — Тие ведь дотащила меня до самого конца. Я была ей за это благодарна…
— …Я написала имя Тие, — сказала Мисиро. — Просто последовала указаниям объясняющего.
— Я тоже голосовала за Тие. По той же причине, что и Мисиро, — добавила Кейто.
Никто не заговорил о том, что кричала Тие в свои последние минуты — будто все молча договорились эту тему не поднимать.
— А ты, Юки? — спросила Котоха.
— Кто знает, — пожала плечами та. — Наверное, за Тие. Она ведь проголосовала за Кейто, так что без моего голоса была бы ничья — по два голоса на каждую.
— «Наверное»?.. В смысле?
— Ну… Помните правило: если игрок сдаёт несколько бюллетеней, засчитывается только первый, да? Мне, если честно, было всё равно, за кого голосовать, так что я просто написала имена всех на разных бумажках и сунула их все в щель. Поэтому даже не знаю, какой из них был посчитан.
Наступила оглушающая тишина.
— …У тебя было четыре бюллетеня? — нарушила её Кейто.
— Ага. Мой изначальный, тот, что был у шестого игрока, один Котохи, и ещё из ящика. Итого четыре.
— То есть ты поняла, что эти бумажки — бюллетени, с самого начала? — спросила Мисиро.
— Ну, примерно. Вы все казались такими дружными, так что я решила — в конце меня просто выгонят. Поэтому и спасла Котоху с Мисиро. Чтобы всем понравиться.
«По такой тупой причине», — отозвались в голове Юки последние слова Тие. В итоге её голос всё же повлиял на результат.
Поскольку ей было всё равно, за кого голосовать, Юки решила, что будет честнее оставить всё на волю случая. Но теперь она начала сомневаться. Возможно, её решение было безответственным. В следующий раз стоит придумать другой способ — более справедливый — выбирать жертву, если подобное повторится.
Точно так же, как и двери комнат для голосования, дверь на выход отворилась сама собой. Юки с остальными покинули здание. На улице их ждали несколько автомобилей. Из них вышли агенты каждой из девушек.
Они прошли игру. И Юки снова удалось выжить.
— Юки, — позвала её Мисиро, когда пришло время прощаться.
— Что? — откликнулась та.
— Тогда… ты сказала, что я тебе понравилась.
— Ага. Кажется, говорила.
— Это была просто ложь? Чтобы убедить меня не голосовать за тебя?
— А? Да нет, я тогда вообще особо не думала. Просто… Никто никогда не говорил мне в лицо подобное. Ты меня зацепила. Вот и всё.
Мисиро пристально посмотрела Юки в глаза, будто пыталась прочитать её мысли. Но Юки было не в чем себя упрекнуть, потому она спокойно ответила тем же.
Вскоре лицо Мисиро скривилось — будто она проглотила что-то кислое. Она помедлила ещё секунду-другую, словно собираясь с духом, и задумчиво заговорила:
— Юки, я… искренне прошу прощения за то, что вела себя так высокомерно.
Юки опешила.
Принцесса продолжила:
— Ты дала мне ясно понять, кто из нас лучше… А теперь, позволь откланяться.
Юки так и осталась стоять на месте, будто зачарованная. А Мисиро тем временем села в машину.
— Эм… Юки? Я тоже бы хотела сесть в свою машину… Так что, если не трудно, опусти меня, пожалуйста, — мягко напомнила о себе Котоха, тронув Юки за плечо.
Заклятие спало. Юки была ошарашена как никогда прежде.