shiori_tan

в сети: 2 окт. 2026

Визуал. Насыщенный, разнообразный, с фокусом на эстетизм. Картинка прекрасна сама по себе. Вариативность стилей, обилие визуальных художественных отсылок, работа с цветом и композицией, влияние режиссуры Щяфта / Юасы, детализированные интерьеры и фоны.
Пиксель-арт вставки, аппликационный стиль, психоделические сцены, диагональные стены в коридорах, нестандартные ракурсы, текст поверх кадра. Мондриан, рококо, Ван Гог , японские цветы, греческие колонны, Коулун. Вапорвейв и ностальгия: пастельные тона, неоновые вывески, иероглифы как орнамент, старые приставки, махосёдзё-мёрч, артефакты 80-90-х. Мозаика в кафе, ржавые индустриальные трущобы, трон и потолок из мониторов, карусель и патинко, эффектная купальня, фотогеничный вулканический Санторин. Кавай в виде чёрных заек, котейки Пи-куна, ожившей фумошки.

Звук. Функционально, скорее в тему, чем самостоятельно цепляет. Хорош бгм в камерных диалогах, слабее как поп-музыка. Понравился дисторт, стилистика диско 80-х, но айдору-попса стерильная.

Сюжет. Концептуально выстроен вокруг столкновения двух мировоззрений: одиночества одной героини и семейственности трио. Реализован с перепадами: начало и середина сильнее, финал слабее.
Показаны маргинализация и травматизация главной героини, её путь от жертвы к идеальной стримерше, столкновение с трио, которое нашло альтернативный способ выживания, флешбеки, раскрывающие прошлое персонажей, диалоги-диспуты о смысле счастья и служения, дружба главной героини с одной из трио как эмоциональное ядро, метафорическая битва, завершающаяся не победой, а попыткой спасения.

Персонажи.
Карамазовы — органичные, живые, хорошо раскрытые, несмотря на отсутствие в игре.
Рогатая — импульсивная, страстная, творческая, поднялась из нонеймов через талант, терзается желанием превзойти главную героиню, в итоге находит семью в трио. Впрочем, там родители адекватные были.
Нэтика — практичная, менеджерская, старшая сестра, выполняет функции опеки, детство в трущобах, выживание любой ценой, любительница странствий.
Митика — воплощение утончённой красоты, одержима идеальностью, параллель с селфхармом и психозом Амэ.
Тётэн и Амэ
Тётэн — кавайный ангел, идеальный образ для стримов, коммерческая попса, отсылки к Мику, Сейлор Мун, Иисусу. Воспринимается как неприятная и эстетически, и этически.
Амэ — травмированная девочка с тяжёлым прошлым /мать-алкоголичка, абьюзивный бойфренд матери, буллинг/. Нередко показывается подавленной либо в психозе, а не нейтральном состоянии. Использует тело как стратегию выживания, придумывает и убивает в фантазиях друзей, страдает галлюцинациями. Воспринимается как более живой и симпатичный персонаж в готично-мрачной ипостаси.
Кате — инородное тело, сценарная затычка. Одновременно невнятна как нормис и слишком оформлена как личность. Не убеждает ни в роли гения поддержки, ни в роли завистливой обывательницы.

Линия Амэ и рогатой — лучшая в сериале. Встречи, диалоги, взаимное узнавание. Пути расходятся: одна находит семью, другая остаётся одна.
Линия Амэ и Нэтики — неубедительная. Признание, что Нэтика нравится больше прочих, выглядит натянутым.
Практически отсутствуют значимые мужские фигуры. Нэтика исполняет маскулинные функции, но остаётся тян. Мужчины показаны либо как безликая биомасса симпов, либо как отдельные негодяи /абьюзеры, хулиганы, маргиналы/, либо как клоуны /братья Нэтики/, либо как редкие безликие обыватели /муж Кате/. Вопрос их места в показанном социуме остаётся открытым.

Заявлена критика парасоциальных отношений и интернет-зависимости, но реализована с двойной моралью. Показаны кризис доверия, одиночество, ментальные болезни, наркомания, селфхарм, абьюз, насилие, смерть и красота, грязь и физиология, насмешки, травля, коммерциализация чувств, лицемерие.
При этом фанаты — безликая масса без голоса, социальное неравенство игнорируется — у главной героини есть слава, деньги и здоровье, а у её зрителей нередко нет ничего. Финал сводит посыл к силе дружбы и материальному успеху.
Счастье показано двояко: либо через успех и богатство, либо через обывательскую рутину. При этом почти нет примеров интересных творческих людей, которые были бы счастливы вне этих двух моделей. Это создаёт ощущение ограниченности: выбор будто бы стоит между славой и пустотой или тишиной и скукой. Альтернативы не предлагаются.

Финал худший.

Кому может зайти — олдфаги и хикки, любители артхауса и психологического хоррора, фанаты визуальных новелл и denpa-жанра, исследователи новых медиа, зрители, готовые к мрачным темам без морализаторства.

Фирменный визуал, широко известный по Дзэцубо Сэнсэю, Гатарям, Мадоке — на топовом уровне и главное, ради чего стоит смотреть как Козетту, так и многие из работ Щимбо / Shaft. Необычные ракурсы, дальние и ближние планы, мощная работа со светом и тенями, силуэтами, цветовой палитрой, геометрия форм, орнаментальность, повторяемость элементов и заполнение поверхностей, сюрреалистичные пейзажи и фигуры, пустые пространства — сложно найти тех, кто интереснее, разнообразнее и эффектнее работает с формой и структурой. Есть и мемные повороты головы, правда, фиксацию на них зрителей я никогда не понимал — ну, повороты, подумаешь, один из множества приёмов.

Помимо привычного набора здесь ещё есть чарующий антураж антикварной лавки со стеклянными предметами и светильниками, бесконечно уютная комната-студия Эйри /воспетая в Гатарях как комната Арараги/, мистический лес, готический особняк, обилие витражей и кресты, сильный фокус на цепях, циферблатах, шестернях и свечах, роскошнейшая винтовая лестница и не имеющая особой значимости, но восхитительно красивая мавританская подковообразная полосатая арка.

Понравились и скупые виды Токио, особенно атмосфернейшие кадры с дождём.

Чардизайны мне, увы, не зашли. Если зловещую диспропорциональность Козетты можно оправдать кукольным дизайном и идейным замыслом неземной и потусторонней красоты, то облик остальных персонажей выглядит как неудачная попытка реалистичного стиля — хотя и что-то кавайно-моэшное вовсе не необходимость.

Ост Кадзиуры топовым не показался — есть несколько хороших треков /sadness, regret, prophets dream/ и отдельные фрагменты /трубы, эмбиент/, но в целом ближе к среднему уровню. Многовато слишком резкой скрипки.

Козетта — первая главная роль Марины Иноуэ, но, честно говоря, меня её тембр никогда не очаровывал. Есть ещё хорошие Тамура, Ното и Тоёгути, но их слишком мало.

Тем не менее, картинка вместе с остом и звуковыми эффектами превосходно погружают в действо — иммерсивность очень хорошая, чувствуется и объём, и мрачная мистическая атмосфера, и нерв событий, и подчёркнутый эстетизм. Щимба + готичный саспенс и эмбиент — лучшее комбо, доказано Мадокой, аркой Дэстопии и Кидзу, Детективами etc.

Сюжет крайне неоднозначный. С одной стороны, по итогу мне он понравился своей эклектичной многослойностью — здесь и христианские идеи про грех, искупление, мученичество и кровавые ритуалы, и анимизм щинто со злыми духами предметов и их изгнанием, и буддистская реинкарнация, и индуистский мотив перерождающихся и любящих друг друга Вишну и Лакшми, и похожий на иудейский ковчег завета предмет в комнате с портретом, и инверсия греческого мифа про Пигмалиона и Галатею, и модерновая история Уайлда про Дориана Грэя. Сломанные часы можно трактовать как болезнь мира-механизма, отторгающего дух Козетты, а гигантская статуя, в которой проводится ритуал, напоминает Гекату с факелом и внутренним пространством под плоть и кости. С другой стороны, подано всё это слишком запутанно и мутно, а финал, во-первых, неестественно наивный и оптимистичный для всего предшествующего нагнетания, во-вторых, без объяснений Щимбы и вовсе неочевидный. Я вот полагал, что .

Второстепенные персонажи слишком мимолётны, но наводят на одну мысль. Их пять и все они женщины — две юных и три постарше. Можно было бы сказать "опять гарем", держа в уме более свежие Сэнсэ / Гатари, но, очевидно, романтическая линия тут исключительно с Козеттой. И всё же остальные — влюблённая Щёко, милая подруга Юу, западный медиум и таролог Митиру, восточный буддистский священник Дзэннищи и врач Хацуми — все выглядят как разные аспекты попыток спасти Эйри от его разрушительной одержимости. А то и вовсе неявная отсылка к условному архетипу хтонической богини-Матери.

Ещё один занятный момент. Несмотря на то, что Щимба по Гатарям /особенно Нисэмонам/ известен как большой любитель этти-провокаций, здесь многочисленные пригодные для подобного сцены показаны максимально пристойно и чуть ли не с ореолом целомудренности — явно для акцента на духовной части любовной истории и утончённой декадентской изящности и недосказанности.

А вот эпизод с превращением в демона-девилмена, на мой взгляд, сильно выпадает. Понятно, что Щимбо фанат Го Нагая и проект планировался чуть ли не как экранизация Девилмена /а потом планы поменялись/, но всё равно минус.

Из мест для аниме-паломничества однозначно отмечаю аркаду Pearl Center в Асагае, Сугинами. Правда, в реальности она куда прозаичнее, её крыше специально добавили готичной витражности и сильно затенили. А вот прообраз высотки этажей на 20, в которой жильё Эйри, увы, обнаружить не удалось.

По итогу 8/10. Поклонникам Щимбо / Shaft смотреть обязательно. Также может понравиться любителям погрузиться / загрузиться, либо, наоборот, показаться слишком претенциозным, нудным и мутным.

Дзэцубо сэнсэй — это не только первая хитовая роль Хирощи Камии /потом были Арараги и Леви с Ято etc, а мне ещё нравится его озвучка Нёвилетта/, но ещё ведь и первый большой успех Акиюки Щимбо и студии Shaft и тот самый фирменный стиль — с минимализмом, текстурами, контрастами, текстовыми и фотовставками, необычными ракурсами и планами, кадрированием и сюрреализмом. Настоящая веха. Жаль, в последние годы, после Сангацу, у Щимбо и Щяфта кризис.

Жанрово тут комедия абсурда с пародированием культурных и аниме штампов, сатира и философский юмор. Сюжета нет, но он не особо и нужен. Ещё это гаремка, но ироничная — сэнсэй сам бегает от жён, и убедительная — несмотря на нелепые обоснования, видно, что ученицы к сэнсэю относятся очень тепло, да и как юным девичьим сердцам не увлечься депрессивным интеллектуалом с налётом архаики в образе? Кроме того, хоть история школьная, но тематика зачастую универсальная, без привязки к возрасту.

Сам сэнсэй — уникальный персонаж, концептуальный каркас тайтла. Его перманентный уберпессимизм восхитителен, это особый редкий талант, заслуживающий ироничной похвалы и горячего сочувствия.

Из учениц я бы особо выделил Кафку, всё-таки она не просто наивная оптимистичная слегка раздражающая дурашка, её умение что угодно трикстерски переиначить в позитивном ключе — тоже редкое качество, подчёркивающее глубину. Можно пойти и ещё дальше, её убероптимизм не просто попрание мрачного канона учителя, а и вовсе бесконечная пытка токсичным отрицанием реальности, выжигающие глаза розовые очки. Не зря ж Кафка.

Ещё неожиданно понравилась Абиру. Её фетишизм вокруг звериных хвостов и перевязки не особо вдохновляют, но зато она шикарно выдаёт лаконичные, прагматичные и немного циничные телеги.

Ну и включу в топ-3 ещё Комори — сам персонаж не особо раскрыт /сначала бешеная истеричка, потом просто затворница с отдельной эстетско-провокативной микроаркой с психологиней Тиэ/, но штука про её обнаружение в любых закрытых местах слишком привязчивая.

Матой ещё плюсик за тайщё наряд с кимоно и хакама, хоть это и копипаста стиля Нодзому. Ругательства Мэру скорее веселят, чем раздражают, эталонная злючка-троллина. Нами — милаха, но одна и та же заезженная шутка слишком простецкая, Мария весёлый зверёк, Харуми на удивление адекватная и с минимумом шуток, а вот Тири и Каэрэ чаще раздражали, чем смешили. И с Каэрэ слишком много тупых панцушотов, просто мусор, даже если и стёб.

Тайщё-роман эстетики особо много не обнаружил. Вот костюмчики сэнсэя / Матой явные, мб ещё трамваи и плакатный стиль местами.
Ещё из интересных находок — Биг Сайто с эстакадой Юрикамомэ во время похода на Комикет, арнувошные в стиле Альфонса Мухи вставки с Комори и Тиэ и пейджер Марии, по-японски ポケベル / pokeberu, про который даже есть фривольная айдору-песенка 1994 года с кодами, шифрующими послания.

Из опов впечатлил первый, со сплетеньями ног и зиготой, визуал адовый, если присматриваться, и опять же с прикольными эффектами типа текстур.

Вообще хочется провести параллели с Мононокэ Накамуры, возможно, единственное, что смогло превзойти Щимбу по визуалу, но Кусуриури как один из столпов концепта не настолько уникален — экзорцист, пусть и преследующий производные пороков, более тиражируемый.
По тонкому философскому юмору местами напоминает более позднего Танаку-куна.

Сэйю все более-менее известные /и давно не особо актуальные, кроме Камии и Саващиро/, разве что у Комори Asuka Tanii незнакомое имя, а после Сэнсэя значимых работ и нет /ушла в игру Atelier/. Мию Мацки не здесь. Самая ламповая Рёко Щинтани...

Скучноватое сёдзё с глуповатыми шутейками, хотя есть и ряд трогательных моментов.

Вообще оригинал это манга аж 70-х годов и она довольно феминистская. По крайней мере, ГГ Бэнио сложно назвать типичной героиней сёдзё — она не очень-то женственная и вообще бунтарка — имеет скилл в кэндо, сбегает из дома, регулярно бухает и просто манифестирует свою самостоятельность. С другой стороны, хоть она и отвергает родительскую выдачу замуж — само замужество отнюдь не отрицает /ах ты моя фемочка, но не рад-!/, да и вообще, стоило только мужественному белокурому "принцу"-полукровке сказать "Эй, детка..." /и потрогать за мягкое/ — так сразу томбоечка и растаяла. Вот оно, женское счастье!

Принц Щинобу лопается от добродетелей — он и обучен манерам, и бравый вояка, и крепкое плечо, и чуткий, и мудрый, и жертвенный, и поэтичный, и патриот — зашкаливающая идеализированность. Остальные персонажи впрочем довольно убедительные. Графиня — воплощение аристократизма, верная долгу и с золотым сердцем. Граф — карикатурный, но символизирующий отмирающий мир бакуфу. Забавный оннагата-кун Ранмару — удачно контрастирует с самой Бэнио. Подруга Тамаки интересный образ, но плохо раскрытый.

Некоторые моменты выглядят довольно наивно.

Например, одна из драматических линий — Бэнио протестует против насильного замужества, да и женские домашние дела её не слишком увлекают. Сегодня, да и из 70-х это конечно может выглядеть прогрессивно и правильно, вот только следует учесть, что Бэнио — аристократка /пусть и небогатая/, а у простых людей /крестьян или торговцев/ с женитьбой было попроще, а женщины и свобод имели побольше. Глядя на страдания в золотой клетке, пролетарий или пролетарка может хмыкнуть — да мы на эту элиту всю жизнь спины гнём... Учёбу в заведении кстати тоже далеко не все могли себе позволить, тем более, девушки, кто-то впахивал как папа Карло в полях или мастерских.

Военно-политические события тоже представлены в очень уж романтизированном ключе. Война Босин ещё ладно, подумаешь, внутренние разборки. Но вот осада Циндао, во время которой погиб муж гейши и друг Щинобу — это вообще-то отжатие японцами немецких колоний во время ПМВ в союзе с Антантой. На фоне двух сино-японских войн довольно обскурный эпизод, но по сути — грабь награбленное. Циндао это Китай, хотя пиво Циндао колониальное немецкое...

Отправка войск в Манчжурию "защищать дом" — это фейспалм. Можно ли было в 70-х в сёдзё-манге быть, ну... немного нейтральнее, что ли... Никто ж не просит косплеить Кобо Абэ... Ну да ладно.

Вообще Манчжурия явный троп фронтира в японском масскульте. Я сразу вспомнил Сатощи Кона и его Актрису тысячелетия, но Кон-то тоже опирался на синематографическую базу.

К более интересным деталям.

Хайкара из названия — это ハイカラ, искажённое high collar, изначально унизительное наименование японцев западников и европофилов, носивших европейские рубашки с высокими воротниками. Иронично, что дальше, слово из унизительного стало комплиментарным, означающим модного, вестернизированного, прогрессивного, а заодно распространилось и на женщин, у которых воротников не было. Обожаю такие истории. Кстати, было ещё так называемое движение バンカラ / bankara — хулиганы-традиционалисты, которые были сильно против тлетворного влияния запада, носившие нарочито грязную и рваную одежду /панки!/.

Костюм Бэнио тоже очень примечателен. Брюки-хакама и кимоно с геометрическим узором — это школьно-студенческая классика. Своеобразный и недолговечный /как сакура и эпоха Тайщё!/ компромисс между кимоно, которое слишком стесняло движения, и западной юбкой в рамках пристойности. Некоторое время это даже был стандарт школьной формы — потом на замену пришли те самые сэйлор-фуку.

Узор в виде стрел хоть и похож на ардекошный на самом деле старинный японский yagasuri. Для юных дев типа Бэнио стрелы символизируют удачное замужество, полетела стрела в дом мужа, вот там пусть и торчит.

А ещё у Бэнио в волосах большой красный бант, что особо подчёркивают в самом начале. Тут опять Рэйму, Кики, Минако Айно и Кагуя Щиномия передают пламенный привет /пора собирать коллекцию!/. Тоже символ эпохи.

Ещё один интересный момент — вывески и заголовки газет пишутся справа налево. Например, вывеска кафешки, там не 喫茶 / kissa, а 茶喫. Официантка / waitress / ウェイトレス в газете записывается как スレトイェウ. Мозгоразрывненько. Та же история была с названием клуба Канкан в арке Бакэнэко в Мононокэ — прямо катаканой справа налево. Забавно, что Бэнио в итоге и стала не официанткой, а журналисткой — а в Бакэнэко были и та, и другая. Реалии. Ещё можно было стать медсестрой /как у Кона в фильме/, мэйдой или моделью, что ли, могой-флэппершей, крч.

Ещё тут есть няшные фермы свежего для 1914 моста Яцуяма в Щинагаве /увы, в 1985 перестроили, не сохранилось/. Кроме Харбинского вокзала есть ещё Далянь — это всё части зловещей дзайбацу Мантэцу /корпорации южноманьчжурской жд/. В кафешке-кисса красивые витражи. А здание издательства похоже на работы Matakichi Yabe — у него много разных банков в евростиле.

6/10, это был бы всё же проходняк, но интересной исторической фактуры со второго раза нарылось чуть больше.

А Бэнио всё равно милаха, хоть и немного дурёха — задорные томбойки фтв. А уж тайщё-костюм и вовсе утончённый эклектичный ретро-шик.

Картинка выдающаяся, невероятная, шедевральная. Кроме просто красивых и эстетских фонов здесь огромное количество орнаментальных и геометрических изысков, впечатляющая работа со светом, тенями и фильтрами, ярчайшая колористика. Также в наличие разнообразные и восхитительно красивые игровые площадки — роскошное поместье с винтажными артефактами, заброшенное здание, банный комплекс под неоклассику и хайтек-футуристические декорации. Симпатичные чардизы с красивыми волосами /включая двуцветье локонов/ и совершенно фантастические глаза. Крутейшая работа с ракурсами и планами — сверхширокие, сверхдальние, сверхблизкие планы, нетривиальные углы и кадрирования. Абсолютно разрывающий визуал /несмотря на мелкий досадный ляп с нейронадписями/. Единственное, что не слишком впечатлило, хотя должно было по задумке — косплейные наряды всех этих мэйд, заек, полотенчики и хитоны, но вероятно за 99 игр должны повезти что-то поинтереснее — кимоно, одежды мико и далее по списку... С отдельным восторгом отмечу эффект размазывания силуэтов персонажей — не важно, что дёшево, это красиво и концептуально. Аналогично — необычные заколки, правда, их значение не было раскрыто. А у Мищиро даже большой бант /правда, не красный/! Пожалуй, даже вата-кровь здесь красивая и эффектная.

Звук тоже топовый в первую очередь созданием максимально иммерсивного и объёмного эффекта с элементами асмр. Особо цепляющих сейю не заметил, но как минимум Юки очень хороша. Бгм под стать общему замыслу — большой упор на эмбиент, отсутствие ритма, повторы, необычные тона, внезапный саспенс и эхо с ревёрбами. Всё это напоминает подход к звуковому дизайну Дени Вильнёва.

С сюжетом неоднозначно. Есть локальные сюжеты в рамках одной игры, здесь ничего особенного, сюрвайвл как сюрвайвл. В сквозном сюжете, связанном с мироустройством и судьбой Юки очень много дыр, очень многое необходимо домысливать — но это не кажется фатальным недостатком, тк наличие максимально полной картины второстепенно.

Персонажей много, но не все из них статисты. Можно найти с полдесятка занятных, как второстепенных или антагонистов /Мищиро, Моэги, Кяра, Хакущи/, так и эпизодических, но запоминающихся /Котоха, Микан, Сумияка/. Глубоко их не раскрывают, в лучшем случае очерчивают штрихами и дают пару зацепок, не более — но это тоже не выглядит упущением. Кяру, увы, совсем уж плоско /sic!/ финализируют, как будто бросив на полдороге.

Ещё маленькая приятная деталь, компонент семантической эстетики — символические и опять же подчёркнуто поэтичные имена героинь.

С личностью самой Юки всё сложно. Внятно персонаж тоже не раскрыт, можно позалипать на её внешнее куудэристое очарование, но мотивация, цели, характер — неясны. Здесь зрителю необходимо домысливать, но поле для фантазий широкое. Ясно лишь, что к реальному миру она как будто плохо адаптирована, а вот в играх как будто оживает. То ли это врождённое, то ли приобретённое, но скорее в рамках концепта Мир и Человек — Юки проводник-наблюдатель открывающий посредством себя тот самый безумный мир /смертельные игры это явно не что-то конвенциально нормальное/. Задумка в общем наверное как раз в том, чтобы имея крупицы деталей и крайне мутные вводные дорисовывать общую картину, а то и просто исследовать себя как зрителя в думах о иррациональном и пограничном — иммерсивность этому только способствует. И вот тут главный, хотя, наверное, опять же не фатальный изъян — окончание сериала и "раскрытая" мотивация Юки слишком уж противоречат долго и упорно выстраиваемой схеме. Выглядит это как сомнительная и формальная затычка, так что лучше ей просто пренебречь. Критикуемая имбовость Юки проблемой тоже не является — именно если признать её второстепенной деталью реализации, проводнику-наблюдателю и полагается быть во многом над правилами любых игр, будь это в форме невозможной удачи, сверхспособности, уворота от пуль и прочей ерунды.

Ещё один опять не фатальный, но сильно пиливший /pun intended/ изъян — избыточно натуралистичная, пусть и изящно цензурированная, жестокость. Психологически размазывать по стенам можно и без членовредительства. Совершенно точно можно было обойтись без этого, но бывает и такой вот унылый фансервис. Осуждаем.

Итоговый вердикт, несмотря на все огрехи, всё же 10/10. Слишком много было вложено в попытку экзистенциальной рефлексии поверх слоя развлекательного сюрреалистического триллера, которая скорее удалась, чем нет.