Пусть, к самой рутовой составляющей сей одной большой плёнки, у меня как-таковых вопросиков не возникает. Да и пасанчик в своей белой короткорукавной рубашке воистину родился. Однако, стоило мне подрубить начальные секунды последней серии, мой гомерический, чем-то больше напоминающий чаячьи вопли, смех, средь затапливаемой территории, вероятно, не слышали только покойники