Во-первых, нельзя даже представить вариант развития событий, при котором он мог бы подняться со стула. Он принял на себя слишком фундаментальную задачу, от которой никаким образом нельзя было бы теперь отойти. Во-вторых, зачем? Его моральная арка завершилась. Он хотел прежде всего наконец умереть, обрести покой. Ему удалось, так зачем было бы снова беспокоить?