SELF DISTRIBUTED

в сети: около 19 часов назад

Визуально — будущее. По содержанию — вчерашний день.

Оценка: 3/10

В отзыве присутствуют спойлеры ко всему сезону.

Второй Edgerunners — редкий случай, когда настолько великолепная визуальная составляющая соседствует с настолько слабым содержанием, что контраст между ними постепенно становится едва ли не главным впечатлением от просмотра.

Я обожаю футуристический сеттинг и вселенную Cyberpunk. И визуально это аниме действительно потрясающее: стилистика, рисунок, анимация, дизайн персонажей, цвет, динамика, экспериментальная постановка сцен. Отдельные моменты хочется пересматривать исключительно ради того, как они выглядят. Местами визуал мне понравился даже больше первого сезона.

Но чем дальше развивается история, тем примитивнее, искусственнее и нелепее начинает казаться практически всё, что скрывается за этой великолепной оболочкой.

Причём настолько последовательно, что в какой-то момент разочарование превращается в настоящее раздражение от самих творческих решений.

И сразу обозначу: моя проблема совершенно не в том, что второй сезон не повторяет первый. Наоборот, я приветствую попытку рассказать другую историю, с новыми героями, структурой и подходом к повествованию. Не считаю корректным оценивать его исключительно через сравнение с историей Дэвида и Люси.

Я только за подобные эксперименты.

Но быть непохожим на предшественника и быть хорошо придуманным произведением — совершенно разные вещи.

---

1. Хорошая отправная точка — ещё не хороший замысел

Первые три серии мне действительно понравились. Не назову их выдающимися, но смотреть было интересно. Сериал знакомил с выразительными персонажами, их обстоятельствами и открывал достаточно пространства для дальнейшего развития.

Кинг — легендарный соло, потерявший импланты, прежнее положение и практически всю идентичность, которую выстраивал годами.

Ди — талантливый нетраннер, расследующий уничтожение своего клана.

Талия — девушка-киборг из среды Maelstrom, с яркой эстетикой, движениями, характером и стремлением распоряжаться собственной жизнью.

Роман — подросток с камерой, пытающийся запечатлеть подлинную жизнь Найт-Сити.

Не скажу, что сами по себе эти концепции гениальны. Но они вполне работоспособны, местами действительно интересны и открывают массу возможностей внутри вселенной Cyberpunk.

Однако примерно с четвёртой серии, когда авторы начинают полноценно раскрывать мотивации, взаимоотношения, конфликты и собственные сюжетные задумки, всё постепенно разваливается.

К шестой серии смотреть стало откровенно тяжело. К финалу я практически потерял интерес к происходящему.

И дело совершенно не в том, что история оказалась слишком сложной или непонятной.

Наоборот. Чем яснее становилось, что именно авторы пытаются показать, тем хуже выглядели сами их решения.

Бывают произведения с действительно сильным, амбициозным замыслом, который не удалось качественно реализовать. Здесь же у меня всё чаще возникало ощущение, что многие задумки не стали особенно интересными даже на уровне самих сценарных решений.

Будто первоначально придумали несколько привлекательных персонажей и ситуаций, а когда потребовалось действительно развивать историю, начали выбирать наиболее очевидные, поверхностные и местами откровенно нелепые варианты.

Причём это ощущается не в одном конкретном повороте, а постепенно распространяется практически на всё: мотивации, диалоги, отношения, эмоциональные реакции, конфликты и способы соединения сюжетных линий.

Словно начальную концепцию придумывали одни люди, а дальнейшую историю разрабатывали совершенно другие, уже не понимающие, что именно делало её интересной.

Я не утверждаю, что это буквально происходило при производстве. Речь о самом ощущении разрыва между первоначальными идеями и их развитием.

В какой-то момент перестаёшь удивляться происходящему и начинаешь удивляться тому, почему авторы вообще решили, что именно так будет интересно, убедительно или хотя бы осмысленно.

---

2. Персонажей придумали. А что делать с ними дальше?

Одна из главных проблем — персонажи.

И дело не столько в недостатке экранного времени, сколько в том, насколько слабо их личности, профессиональные навыки, обстоятельства и убеждения определяют дальнейшее развитие событий.

Я не требую, чтобы герои всегда вели себя рационально. Люди противоречивы, эмоциональны, совершают ошибки и могут разрушать собственную жизнь.

Но даже иррациональное поведение должно иметь внутреннюю логику: вытекать из характера, опыта, психологического состояния и происходящих событий.

Здесь же персонажи слишком часто выглядят так, будто их решения назначаются потребностями очередной сцены.

Особенно показателен Ди.

Изначально перед нами нетраннер, расследующий уничтожение клана. Он собирает информацию, ищет виновных, пытается добраться до корпоративных секретов. У него есть понятная цель, специализация и потенциально интересные способы её достижения.

Но после появления Капри профессиональные возможности Ди всё сильнее подменяются способностями цифрового конструкта, а основное развитие персонажа начинает строиться вокруг мести, зависимости и эмоциональных срывов.


Это могло стать невероятно сильной отправной точкой для переосмысления всей его жизни.

Однако вместо достаточно глубокого внутреннего перелома мы получаем очередной срыв, массовые беспорядки и дальнейшее смещение центральной мотивации к желанию воссоединиться с Капри.

Да, его зависимость от конструкта была подготовлена. Да, окружающие замечали изменения Ди и пытались его остановить.

Но наличие объяснения не гарантирует, что конкретное развитие событий становится убедительным.

Я понимаю предполагаемую психологическую конструкцию: травма, месть, зависимость, потеря смысла и поиск эмоционального спасения.

Но понимать, что авторы хотели изобразить, и считать изображённое убедительным — совершенно разные вещи.

С Кингом проблема другого характера.

Перед нами человек, который был легендой Найт-Сити. Но потеря имплантов не означает потерю многолетнего опыта, профессионального мышления, интеллекта, связей и понимания окружающего мира.

Такой человек мог бы оставаться чрезвычайно интересным даже без прежнего физического превосходства.

Сериал временами напоминает об этом: Кинг использует старые знакомства, ищет информацию о Soulkiller, вмешивается в работу трекера Талии.

Но это отдельные проявления его компетентности. Основная история постепенно превращает его преимущественно в участника семейной драмы, оставляя большую часть исходного потенциала неиспользованной.

С Талией ситуация ещё обиднее.

Она, пожалуй, один из самых привлекательных персонажей сезона визуально и концептуально. Её кибернетическое тело, культура Maelstrom, движения, характер, отношение к окружающим — всё вызывает желание наблюдать за ней в действии.

Хочется увидеть, как она живёт, использует импланты, взаимодействует с миром и развивает собственную индивидуальность.


Это могло бы стать полноценной историей о потере автономии. Но тогда именно этот конфликт должен был бы последовательно определять её психологическое и сюжетное развитие, а не растворяться среди очередных драматических обстоятельств.

И здесь обнаруживается одна из фундаментальных проблем сезона.

Персонажей придумали внутри Cyberpunk, но затем стали использовать так, будто их профессии, способности, характеры и устройство окружающего мира имеют лишь второстепенное значение.

Я не против истории, в которой бывший соло становится отцом, а нетраннер пытается справиться с травмой. Но хочется, чтобы именно их жизненный опыт, навыки и индивидуальность делали эти истории неповторимыми.

Вместо этого персонажи слишком часто превращаются в функции сюжета.

Нужна трагедия — герой страдает. Нужен конфликт — отношения обостряются. Нужен эмоциональный поворот — персонаж совершает необходимое действие.

И когда практически каждый новый сюжетный шаг вызывает такое ощущение, перестаёшь воспринимать этих людей как самостоятельные личности.

Перед тобой уже не история людей. Перед тобой история сценаристов, постоянно передвигающих своих персонажей в нужные положения.

---

3. Психологическая драма, которая сама плохо понимает психологию

Это одна из самых раздражающих сторон сезона.

Произведение постоянно обращается к ментальным травмам, эмоциональной нестабильности, болезням, зависимостям, семейным конфликтам и человеческим страданиям.

Но у меня регулярно возникало ощущение, что авторы понимают эту проблематику крайне поверхностно и слишком часто сводят её к истерикам, срывам и громким эмоциональным признаниям.

Травма — не просто повод заставить персонажа плакать, кричать или совершать нелогичные поступки.

Она влияет на восприятие мира, доверие, самооценку, эмоциональную регуляцию, отношения с окружающими и способы принятия решений.

И всё это может проявляться намного интереснее, чем очередной драматический приступ.

Особенно показательна история Талии.

Во второй серии выясняется, что её собственная мать Авида организовала нападение наёмников ради принудительной установки GPS-трекера.

При этом врач сообщает, что новый имплант нормально интегрировался в организм, а психологическая оценка не обнаружила признаков киберпсихоза. Но мать продолжает воспринимать технологическое преобразование тела дочери как серьёзную угрозу.

Дальше мы наблюдаем постоянные попытки контролировать жизнь Талии, её имплантацию, решения и собственное тело под предлогом заботы.

Одновременно девушка действительно тяжело больна, зависит от технологической поддержки организма, переживает социальные конфликты и подвергается воздействию Капри.

То есть перед нами целая система взаимосвязанных факторов, способных влиять на психологическое состояние человека.

Но сериал настолько активно драматизирует киберпсихоз, будто именно хромирование представляет наиболее интересную основу её нестабильности.

Я не отрицаю психологических последствий имплантации, особенно при непосредственном взаимодействии с нервной системой.

Но почему систематическое подавление самостоятельности, контроль над телом и жизнью, непонимание со стороны родителей не получают сопоставимой глубины исследования?

Ведь даже внутри лора Cyberpunk психическая устойчивость, стресс, эмпатия и способность адаптироваться к обстоятельствам — важные составляющие киберпсихоза.

Авторы не полностью игнорируют человеческие причины проблем Талии.


Однако обозначить конфликт в диалоге — ещё не значит глубоко исследовать, как он формирует личность, её отношения с окружающими и последующие решения.

Причём проблема проявляется не только в истории Талии.

В пятой серии Кинг говорит смертельно больной девушке, что до знакомства с ней хотел покончить с жизнью, а теперь она стала смыслом его существования. Затем обещает, что если всё закончится плохо, они погибнут вместе.

Сама Талия даже спрашивает, должно ли это её утешать.

И вот здесь возникает особенно странное ощущение.

Перед нами подросток, которому окружающие постоянно мешают самостоятельно распоряжаться собственной жизнью. А теперь взрослый человек фактически делает её ещё и смыслом своего существования.

Это можно было бы исследовать как сложную, психологически неоднозначную привязанность двух травмированных людей.

Но сериал словно гораздо больше заинтересован в эмоциональной силе самого признания, чем в том, что оно означает для их отношений.

Будто чем тяжелее сказанные слова, тем глубже автоматически становится человеческая связь.

И подобное ощущение возникает на протяжении всего сезона.

Сильная эмоция подменяет психологическую глубину. Страдание подменяет развитие характера. Трагическое прошлое становится универсальным объяснением практически любого поведения.

Здесь я особенно чувствовал своеобразный поколенческий разрыв между внешней современностью произведения и его представлениями о людях.

В современной молодёжной культуре намного активнее обсуждаются ментальное здоровье, психологические травмы, эмоциональная регуляция, личные границы и влияние отношений на человека.

Это не означает, что молодое поколение автоматически лучше разбирается в психологии. Но на фоне изменившегося отношения к подобным вопросам некоторые мелодраматические шаблоны выглядят особенно архаично.

Причём я ощущал эту старомодность не только в центральных конфликтах, но и в мелочах: диалогах, эмоциональных реакциях, способах выражения привязанности и в том, какое поведение авторы считают естественным или трогательным.

Это не один неудачный диалог. Это впечатление от целой модели человека, которой руководствуется произведение.

И вместо сопереживания персонажам я всё чаще замечал сами попытки авторов заставить меня сопереживать.

А когда начинаешь видеть эмоциональную манипуляцию вместо живой эмоции, вся драма становится пластмассовой.

---

4. Cyberpunk как декорация. Технологии как магия.

Для меня Cyberpunk — это не просто неон, импланты, корпорации и знакомые игровые локации.

Это мир, в котором технологическое развитие меняет практически все стороны человеческого существования: тело, сознание, труд, искусство, власть, социальные структуры и отношения.

Мне интересно, как люди взаимодействуют с этими системами, используют их возможности, адаптируются к ограничениям, создают новые способы существования.

Но во втором Edgerunners Найт-Сити слишком часто воспринимается как набор невероятно красивых игровых декораций.

Корпорации, банды, импланты и знакомые элементы вселенной присутствуют. Местами хватает и довольно примитивного фансервиса, работающего главным образом на узнавание.

Но сам город редко ощущается самостоятельной живой системой, действительно определяющей происходящее.

Визуально — великолепный Найт-Сити. Содержательно — слишком часто просто место действия относительно привычной человеческой мелодрамы.

И особенно показательно то, как история распоряжается своей центральной технологией.

Сама идея Капри вполне органична для Cyberpunk: цифровые сознания, Soulkiller, искусственный интеллект, корпоративные исследования, взаимодействие с человеческим носителем.

Здесь можно было исследовать невероятно интересные вопросы о природе личности, границах сознания, цифровом существовании и контроле над новыми технологиями.

Но дальнейшая реализация способностей Капри постепенно уходит в практически сверхъестественный сюр.

Сначала перед нами мощный цифровой конструкт, способный взламывать электронные системы и воздействовать на совместимого носителя.

Затем его возможности расширяются всё сильнее, пока в финале мы не получаем управление огромными массами металла и гигантскую механическую конструкцию посреди масштабного противостояния.

Да, сериал предоставляет отдельные технические объяснения. Например, в теле Талии существуют электромагнитные компоненты. Возможности Капри также не полностью лишены ограничений, а в финале против неё применяют электромагнитный импульс.

Но назвать физический принцип — не то же самое, что убедительно реализовать его внутри фантастической технологии.

Откуда берутся возможности для настолько масштабного воздействия? Каковы реальные ограничения? Почему цифровой конструкт способен действовать именно так? Как всё это связано с первоначально заявленными техническими свойствами?

Я совершенно не требую буквальной научной достоверности от фантастического аниме.

Я хочу, чтобы технология ощущалась технологией, существующей по законам собственного мира, а не удобной магической силой, возможности которой расширяются вместе с потребностями сценария.

И проблема здесь даже не столько в физике.

Когда возможности центрального элемента недостаточно определены, он начинает превращаться в универсальный сценарный инструмент.

Нужно соединить сюжетные линии — используется Капри. Нужно повысить ставки — способности становятся масштабнее. Нужна кульминация — происходящее разрастается до почти фантастического механического хаоса.

Вместо последовательного раскрытия технологической системы всё чаще возникает ощущение, что технология просто обслуживает необходимые авторам события.

И для меня именно это разрушает убедительность киберпанка сильнее, чем любая научная условность.

---

5. Произведение о будущем, которое словно боится самого будущего

Но самая неприятная составляющая сезона для меня — даже не Капри и не слабая драматургия.

За невероятно современной визуальной эстетикой постоянно чувствуется гораздо более старомодное мировоззрение.

Причём не только в отношении технологий, но и в понимании человеческой природы, эмоциональности, искусства, психологии и отношений.

Для меня будущее интересно прежде всего новыми возможностями существования.

Технологии способны расширять человеческую свободу, комфорт, безопасность, способы общения, творчества и поиска смысла жизни. Они могут изменять тело, сознание, социальные структуры и открывать новые формы индивидуальности.

Разумеется, они способны порождать зависимости, эксплуатацию и новые формы власти.

Но проблема заключается в том, как конкретные технологии устроены, кем контролируются и какие последствия создают.

Технологии не противоположны человечности. Они давно стали одним из главных способов её развития.

Однако второй Edgerunners слишком часто использует знакомую и, на мой взгляд, поверхностную символику: технологическое преобразование отдаляет человека от самого себя, а отказ от технологий приближает к чему-то более настоящему.

Кинг теряет импланты и ищет смысл за пределами прежнего технологического превосходства. История Талии движется к попытке уменьшить зависимость от хрома, хотя в финале врач лишь предлагает начать удаление имплантов и её медицинское будущее остаётся неопределённым. Роман противопоставляет традиционное кино брейндансам.

И особенно показательно, что такая направленность была сознательным авторским решением.

В интервью Animation World Network от 19 октября 2026 года шоураннер Бартош Штыбор рассказывал, что хотел побудить зрителей вернуться к жизни до смартфонов и социальных сетей, пользоваться старыми камерами и смотреть старые фильмы без телефонов.

А Роман, по его словам, появился в процессе разработки как выражение любви самих авторов к традиционному кинематографу.

Это многое объясняет.

Практически с начала истории Роман утверждает, что брейндансы не обладают настоящей художественной выразительностью, тогда как традиционное кино способно переносить человека в другую реальность благодаря авторскому мастерству.

Но почему?

Брейндансы позволяют работать с человеческим восприятием, памятью, эмоциями и ощущениями совершенно иначе, чем обычное кино. В самой вселенной существуют редакторы подобных записей, а значит, уже заложены возможности их творческой обработки.

Разве это не огромное пространство для принципиально новых художественных языков?

Почему новая технология должна быть менее творческой или человечной исключительно потому, что отличается от привычного автору способа создания искусства?

Мне было бы интересно наблюдать за человеком, который любит старое кино, но при этом сталкивается с возможностями брейндансов, исследует преимущества и ограничения обоих подходов и формирует собственную художественную позицию.

Вместо этого произведение слишком удобно принимает сторону заранее готовой ностальгической идеи.

И особенно интересно, как эта установка сочетается с поступками самого Романа.

Первоначально он не хочет превращать чужую жестокость в товар. Но позднее снимает нападения Ди, участвует в монтаже и распространении записей, фактически помогая превращать насилие в публичное зрелище.

При этом Роман не полностью равнодушен к происходящему. Он замечает изменения Ди, тревожится за него и вместе с Оми пытается его остановить.

Однако даже его представление о прежнем счастливом Ди выглядит довольно странно.

Роман хочет вернуть улыбку, которую видел у него после первого подключения Капри. Но именно тогда поведение Ди уже находилось под воздействием цифрового конструкта.

Получается, что парень, стремящийся запечатлеть настоящего человека, рискует принять вызванную чужим воздействием эйфорию за проявление его подлинной личности.

Вот здесь можно было бы построить по-настоящему интересную историю о подлинности чувств, ответственности художника и границе между документированием жизни и эксплуатацией чужих страданий.

Но сериал, на мой взгляд, далеко не полностью использует эту возможность.

Причём Штыбор прямо рассказывал, что авторы не считали необходимым существенно менять личность Романа и его желание снимать, несмотря на пережитые события.

Неизменный персонаж сам по себе совершенно не является ошибкой. Но тогда хотелось бы видеть, почему его взгляды выдерживают столкновение с реальностью, что они позволяют открыть и какую цену имеют.

А здесь возникает впечатление, что убеждения персонажа заранее защищены самой историей, поскольку совпадают с художественной философией создателей.

Меня раздражает не любовь к прошлому, а попытка представить эту любовь как моральное превосходство над новыми формами человеческого существования.

Я совершенно не против старого кинематографа, плёнки или аналоговой эстетики. Всё это может быть прекрасным.

Но зачем противопоставлять старое и новое так, будто появление новых возможностей автоматически лишает человека чувств, индивидуальности или творческой глубины?

И особенно — зачем делать это внутри Cyberpunk, где технологическое преобразование человека составляет одну из главных основ вселенной?

Самое интересное, что сюжет неоднократно показывает: технологии не только угрожают людям, но и спасают их. Для Талии импланты буквально становятся средством выживания. Цифровые технологии создают не только опасность, но и новые возможности продолжения её существования.

И именно здесь можно было бы исследовать гораздо более содержательный конфликт.

Не «технологии против человечности», а человек, получающий новые возможности благодаря технологиям, против систем и людей, стремящихся присвоить контроль над его жизнью.

Вместо этого сериал слишком охотно возвращается к знакомой морали о настоящей человечности, которую будто бы нужно искать вне технологического развития.

И самое странное — огромный контраст между сторонами самого произведения.

Художники и аниматоры создают невероятно выразительный, свежий визуальный язык. А внутреннее содержание порой воспринимается так, будто его придумывали люди с совершенно другим, гораздо более архаичным представлением о жизни.

Речь не о биологическом возрасте конкретных сотрудников. Молодой человек тоже может мыслить устаревшими шаблонами, а взрослый — прекрасно понимать современные идеи.

Речь о том, какое мировоззрение чувствуется через само произведение, вплоть до обычных диалогов, человеческих реакций и мелких решений персонажей.

И этот разрыв меня раздражал практически на протяжении всего сезона.

Сериал великолепно выглядит как будущее, но по содержанию слишком часто даже не пытается мыслить как будущее.

---

6. Чем дальше от начала, тем меньше остаётся от самой истории

Все перечисленные проблемы особенно сильно проявляются в организации повествования.

Формально в сериале происходит довольно много: несколько параллельных линий, перемещения, разговоры, корпоративные интриги, раскрытия прошлого, конфликты, смерти и масштабные противостояния.

Но при просмотре значительная часть сезона воспринималась как бесконечный поток сцен, в котором практически не чувствуется содержательного движения.

Персонажи куда-то идут, получают информацию, эмоционально реагируют на очередные обстоятельства, затем история переключается на другого героя — и всё повторяется.

При этом не хватает выраженных этапов развития, действительно значимых изменений и последствий, которые естественно вытекают из предыдущих решений.

Многоперсонажность сама по себе совершенно ни при чём. Несколько самостоятельных историй можно переплести невероятно интересно.

Но здесь их объединение слишком часто ощущается не как естественное пересечение человеческих судеб, а как попытка привести всех персонажей к очередной заранее выбранной сюжетной точке.

Сериал словно постоянно готовится стать по-настоящему интересным, но вместо содержательного развития предлагает следующую порцию обстоятельств.

Например:


Но этот поворот появляется практически перед финалом, когда для глубокого исследования последствий почти не остаётся времени.

То же касается смерти Авиды, раскрытия истинных обстоятельств уничтожения клана Ди и его окончательного перехода от мести к стремлению вернуть Капри.

У каждого события можно найти понятное драматическое назначение.

Но наличие понятного смысла не делает историю содержательно глубокой, а её реализацию — убедительной.

И здесь возникает почти абсурдная ситуация.

Иногда сухой пересказ биографий, мотиваций и отношений позволяет понять персонажей лучше, чем само аниме, хотя у последнего есть все возможности раскрывать их через действия, диалоги, отношения и визуальное повествование.

Причём пересказ зачастую даже делает историю интереснее, автоматически собирая разрозненные события в логичную последовательность.

Но именно эту работу должно было проделать произведение.

В какой-то момент я перестал воспринимать происходящее как последовательное развитие живой истории и начал видеть в нём набор разрозненных авторских решений, искусственно соединённых общей сюжетной конструкцией.

Сначала надеешься, что странный поступок персонажа или очередное нелепое обстоятельство получит интересное объяснение.

Затем начинаешь замечать повторяющуюся закономерность.

А потом уже не ожидаешь, что за очередной странностью скрывается что-то действительно содержательное.

И это самое неприятное ощущение от просмотра.

Не просто потеря интереса к сюжету, а потеря доверия к тому, как он вообще придуман.

Именно поэтому десятая серия, несмотря на всю зрелищность, практически не вызвала у меня никаких эмоций.

Гигантская механическая конструкция, противостояние корпораций, электромагнитный импульс, финальные жертвы, драматические прощания.

Масштаб происходящего огромен. Всё громко, красиво, эмоционально.

Но мне уже практически всё равно.

Больше событий — не значит больше смысла. Больше страданий — не значит глубже психология. Более зрелищная кульминация не делает историю убедительнее.

А когда на протяжении нескольких серий ты постепенно теряешь уважение к самим творческим решениям, никакая кульминация уже не способна автоматически вернуть интерес.

---

Итог

Я могу признать интересные отправные идеи, отдельные удачные моменты и действительно потрясающую работу художников и аниматоров.

Но первоначальная концепция — лишь отправная точка. Настоящее качество произведения проявляется в том, что авторы делают с ней дальше.

Какие решения принимают? Как развивают характеры? Как связывают события? Насколько полно используют возможности мира? И что в конечном счёте способны сказать зрителю?

На мой взгляд, второй Edgerunners проваливается практически на всех этих уровнях.

Он создаёт необычных персонажей, но слабо использует их индивидуальность. Затрагивает сложную психологию, но слишком часто подменяет глубину эмоциональной интенсивностью. Помещает историю в технологическое будущее, но недостаточно исследует его возможности, предпочитая старомодное противопоставление технологий и человечности.

И всё это объединяется слабой причинно-следственной логикой, искусственными взаимосвязями и всё более хаотичным развитием событий.

Мне не требовалось повторение истории Дэвида и Люси. Не требовались обязательно трагическая концовка, один главный герой, непрерывный экшен или идеальная научная достоверность.

Мне хотелось увидеть осмысленно придуманную историю, в которой персонажи, технологии, окружающий мир и происходящие события действительно существуют как единое целое.

Вместо этого я получил произведение, где великолепная художественная форма постоянно подчёркивает примитивность содержания.

Красивейший киберпанк снаружи и пластмассовая человеческая драма внутри.

И сильнее всего разочаровывает даже не то, что авторам не удалось полностью реализовать первоначальный потенциал.

А ощущение, что многие дальнейшие идеи и решения изначально могли быть гораздо интереснее, глубже и осмысленнее.

Визуально это аниме заслуживает почти максимальной оценки. Но я оцениваю произведение целиком, а не исключительно талант людей, которые его нарисовали.

3/10. За великолепную стилистику, рисунок, анимацию, отдельные первоначальные идеи и первые три серии. Всё остальное оставило ощущение практически полного растрачивания потенциала.